В дендрарии выращивали саженцы хвойных деревьев

Доход растительного происхождения

Лиственные и хвойные, в горшках и в мешках — в этом мае саженцы из подмосковных питомников шли нарасхват. Корреспондент «Денег» приценился к открытию своего питомника и выяснил: чтобы доставать деньги из земли, надо самому становиться ботаником. А вот для успешной торговли привозными саженцами важнее не знания, а хороший участок.

Бизнес на корню

Питомник растений кажется идеальным бизнесом — вдали от города, без московских чиновников с их проверками, в тиши полей можно извлекать деньги из земли. Арифметика: прикопайте небольшую сосенку, купленную за 500 руб., и года через три она будет стоить уже 6 тыс. руб. А если засадить целое поле?

Так и поступил один мой знакомый, который не хочет называть своего имени, и сейчас будет понятно почему. Дело было лет восемь назад. Заработав в торговле полмиллиона долларов, Алексей (назовем его так) решил их выгодно вложить. Партнер из фирмы-озеленителя предложил красивый бизнес-план: вложив свои полмиллиона, Олег получал через десять лет $20 млн. Оставалось только найти 100 га земли в аренду, закупить саженцы сосны, ели и кедра и дождаться, когда они вырастут.

«Но я не знал, что мыши очень любят лакомиться корнями ели,— горько усмехается Алексей.— И что из соседнего леска будут приходить лоси, которых здесь раньше никто не видел: откуда лоси возле федеральной трассы? А им, оказывается, очень нравятся молодые побеги сосны. А кедры вообще в нашем климате плохо растут».

Свое поле Алексей, к его чести, не бросил, но заработать уже точно не получится. Редкие сохранившие товарный вид деревья через пару лет, дай бог, отобьют первоначальные инвестиции.

Изучив дилетантский опыт, я пошел к профессионалам. Вера Цивына в бизнесе на питомниках со школьной скамьи — тут для нее совместились работа и хобби. Нашел я ее, позвонив в питомник «Корни», где Вера работает главным агрономом. Начинала в 1996 году в первых отечественных коммерческих питомниках «Дендросад» и «Тисс-Руза». Тогда это было удовольствие для «новых русских», озеленялись первые усадьбы на Рублевке. Вере те времена вспоминаются как шальные: «Привозной материал продавался с десятикратной наценкой. Конкуренции не было до кризиса 98-го года. Маленький горшочек с цветком, который сейчас стоит 35 руб. в рознице, тогда продавали раз в восемь-десять дороже. За бешеные деньги уходили несортовая туя из Нальчика, молдавская голубая ель».

Спрос на саженцы в Подмосковье растет быстрее самих деревьев

Фото: Александр Вайнштейн, Коммерсантъ

Сейчас бизнес-модель иная: «Корни», которыми руководит Вера, ориентируются на оптовую торговлю. Но и частников имеют в виду, им тоже продают по оптовым ценам, иначе мало кто приедет: питомник — в 110 км от Москвы, уже в Тульской области. В Подмосковье покупать землю выходит дороже, а арендованная под настоящий питомник не годится: арендодатель легко может расторгнуть договор через пару лет, притом что вложения делаются на десятилетия (во всяком случае, если речь о деревьях).

«Корни» существуют четвертый год, за это время удалось освоить 90 га из 400, принадлежащих хозяйству (земля была выкуплена у заброшенного колхоза), под теплицами — примерно 1500 кв. м. Персонал — 70 человек (из них человек десять — квалифицированные агрономы), выращивается около 200 видов многолетних цветов, 100 видов хвойных. Зимой, когда полевых работ нет, персонал занимается практической ботаникой. Например, к сосне обыкновенной прививает сорта необычных хвойников. «Сосна с землей и горшочком стоит 15 руб., столько же стоит работа,— подсчитывает Вера Цивына.— Материал для прививки фактически бесплатный: я беру его с растений, которые потом будут проданы. Если прививка приживется, такой саженец будет стоить уже 100-200 руб., а когда дорастет до дерева — несколько тысяч».

Сосны больше интересуют частников, а цветы хорошо идут оптом — их закупают фирмы, занимающиеся озеленением в городе, на частных объектах. В целом частники генерируют порядка трети выручки «Корней», остальное — оптовые поставки. В первые годы работы питомник закупал основную массу саженцев за границей — сейчас уже наполовину обеспечен собственным материалом. Однако окупаемость — дело нескорое, пока освоена лишь часть земли, выручку приходится инвестировать в расширение хозяйства.

Читать еще:  Ежемалина лучшие сорта

Я походил с Верой по питомнику, даже рассадил несколько растений по горшкам, но как организовывать бизнес в конкретно моей ситуации, так и не понял. Во-первых, нужен грамотный агроном-управленец — как Вера, например. Во-вторых, у меня нет €1 млн (примерно в такую сумму оцениваются инвестиции в «Корни»). Придется искать другие схемы.

Зарабатывать на многолетних цветах может и владелец относительно небольших участка и семьи

Фото: Александр Вайнштейн, Коммерсантъ

Елена (фамилию она просила не называть) разводит на приусадебном участке многолетние цветы. С ней меня познакомила Вера Цивына, когда я пожаловался, что «Корни» для меня слишком велики. Питомник Елены обслуживают она сама, муж и сын. Участок — около 40 соток в Смоленской области. Для Елены это еще и увлечение, вырастить какую-нибудь редкость вроде симплокарпуса зловонного (декоративное растение, несмотря на название) — что может быть интереснее? «Как и любое коллекционирование, это отклонение»,— смеется Елена. Впрочем, отклонение не без прибыли.

Редкие цветы обычно завозятся большими партиями из Голландии. Там за один такой цветок платят от €1,5 — это дорого, учитывая, что высаживают эти растения не по одному. Логистика добавляет к стоимости еще 50-80%. То есть такие цветы в России оптом будут стоить от 100 руб. (на рынке — от 200). Елена готова предложить такие же, но выращенные самостоятельно, за 50 руб. Это нижний край — чем реже цветок, тем дороже. С одного квадратного метра можно получить до 50 растений. Всего, по словам Елены, она может выращивать на своей территории до 30 тыс. растений 250 наименований на продажу (то есть, считая по самой низкой цене, это теоретически около 1,5 млн руб. выручки). Сейчас удается удовлетворить спрос только на самые ходовые позиции, так что бизнес будет расширяться. Уже в этом году Елена собирается высадить 60 тыс. растений, а в дальнейшем мечтает расширить хозяйство аж до 100 га.

Издержки бизнеса просчитать трудно, поскольку коллекция у Елены пополняется уже 15 лет и сейчас уже нет необходимости ежегодно вводить большое количество новых сортов (основная коллекция уже представлена маточниками, которые тиражируются).

Попробую примерить такой бизнес на себя. Землей, будем считать, я обеспечен: у родителей есть деревенский участок — 80 соток в 300 км от Москвы. Цветов на первое время я думаю закупить хотя бы у той же Елены — она подскажет, с каких сортов лучше начать. Для начала можно взять 50 сортов по 10 растений — выходит 25 тыс. руб. Правда, придется ждать следующего сезона — в этом я уже не успею тиражировать свой урожай. Удобрения могут стоить еще порядка 10 тыс. руб., остальное — труд. Тут я тоже могу применить семейный подход, использовать садоводческие увлечения родителей. В первый сезон получаем с каждого растения еще пять — итого 2,5 тыс. единиц от изначальных 500. Из них 2 тыс. можно пустить на продажу, остальное — на поддержание коллекции. Если продавать по нижнему краю, выйдет 100 тыс. руб. с инвестиций 35 тыс. руб. Этот доход можно реинвестировать, закупив на следующий год еще 1,5 тыс. растений разных сортов. Теперь я смогу отправить на продажу уже 10 тыс. растений — и доход составит около 0,5 млн руб.

Питомнику с полноценным собственным производством требуются гектары земли, десятки рабочих и агрономов

Фото: Александр Вайнштейн, Коммерсантъ

Расчеты, понятно, не учитывают многих важных факторов. Во-первых, нужно знать рынок. По словам Елены, она всегда в курсе событий, когда, например, у всех заводчиков из-за засухи выпал тот или иной сорт растений, и делает упор именно на него. Во-вторых, сельское хозяйство сильно уязвимо для непогоды и вредителей, от них не застраховаться. В общем, вполне можно делать поправку в пол-урожая.

Читать еще:  Как выращивать лук на воде в домашних условиях?

Другой вопрос — сбыт. Елену, например, уже знают все московские торговцы цветами, приезжают к ней сами. Мне нужно будет организовать продажи с нуля — ездить по рынкам, предлагать товар. В общем, такой бизнес может стать интересен только где-то на пятый год, когда удастся выйти на мощность хотя бы как у Елены, зарабатывая за сезон от 1,5 млн руб. И то это скорее похоже на прибавку к пенсии для родителей. Чтобы получать более серьезные деньги, бизнес надо масштабировать, привлекать новую рабочую силу — словом, это уже другая история.

Есть похожая модель с другими растениями. Бизнес Дениса Полякова — питомник «Мамина дача» во Владимирской области. Денис гордится тем, что из двоечника в Тимирязевской академии (рекорд — пять лет на первом курсе) превратился в одного из ведущих сельхозбизнесменов. Он покрывает значительную часть московского спроса на боярышник и девичий виноград. На старте бизнес не требовал больших инвестиций — предметом первых продаж в 90-х годах были растения не выращенные, а выкопанные в городе. Когда Поляков понял, что за день копания зарабатывает больше, чем родители за месяц, взялся за дело серьезно — стал сажать сам. Сейчас виноград (70-100 руб. за растение) и боярышник (до 150 руб. за корень) обеспечивают хозяйству половину дохода. Другой важный его источник — крупномеры, то есть сосна, ель, береза до 12 м в высоту. Интересный вариант — новогодняя елка: с гектара можно получить порядка 10 тыс. растений. Правда, ждать придется десять лет. Поляков предлагает организовать десятипольную систему: каждый год засаживать новый гектар елками на протяжении 10 лет. А потом так же последовательно собирать урожай, давать отдохнуть год земле и начинать все сначала. Впрочем, оптом сдавать елки дорого не получится — 50 руб. за дерево. Лучше уж цветочки. В общем, чтобы разводить самостоятельно растения, следует все же поучиться в Тимирязевской академии, пусть даже на двойки. Тяжело в ученье — легко в торговле.

Прицениваясь к открытию бизнеса на растениях, корреспондент «Денег» Иван Ждакаев решил, что проще их перепродавать, не особо пуская корни

Фото: Александр Вайнштейн, Коммерсантъ

Самый распространенный вид питомника растений в Подмосковье — который ничего не выращивает. И правильно, мелкорозничная точка не может позволить себе настоящее производство — для торговли нужна земля где-то на трассе, а арендовать такую дорого. «У нас 30 соток в аренде на новорижском направлении,— рассказывает Лариса Кучерова из компании «Евросад».— Направление это очень интересное, поскольку довольно богатое, и строятся здесь сейчас активно».

Суть такого бизнеса следующая: загружаем в Польше или Голландии фуру растениями и везем в Россию. Вместе с растаможкой это может стоить порядка €25 тыс. Зато здесь вполне можно позволить себе наценку порядка 150%. Главное, чтобы был ассортимент — покупатель не придет, если витрина не заполнена. Поэтому в течение сезона, возможно, придется докупать товар у оптовиков в России, а если торговля пойдет бойко, то гнать в Европу еще одну фуру. Результат очень сильно зависит от места расположения — если повезет, за сезон можно отбить годовую аренду, стоимость товара и примерно столько же заработать. По словам Ларисы Кучеровой, тут даже реклама не нужна, потому как не работает. Заезжают люди, которые увидели вывеску на обочине. В выходные бывают даже очереди.

Новые питомники на популярных направлениях появляются каждый год, и главное, похоже, не опоздать с выходом на рынок. Впрочем, предупреждает Лариса Кучерова, тут есть и свои стратегические риски: по мере развития рынка маленькие питомники могут быть вытеснены или поглощены большими, которые сейчас еще только формируются.

«Человек-дендрарий». Волгоградец превратил обычную дачу в «хвойный остров»

Для чего эколог создал на своих приусадебных сотках самую большую в регионе коллекцию вечнозелёных растений?

По профессии Николай Крячков — инженер-эколог учреждения по охране городских лесов «Горэколес», лесовод. Его владения — участки одного из самых больших речных островов Европы, это более 7 тысяч гектаров. Масштаб острова таков, что его не обойти пешком и за сутки! Но одно из увлечений лесовода удачно дополняет профессию. На садовом участке Крячкова обустроен богатейший дендрарий.

Читать еще:  Как выращивать лесные грибы в домашних условиях?

Выигрышно и с фантазией

Специализация мини-дендрария — декоративные хвойники: вечнозелёные можжевельники, сосны, тисы, ели, кедры, кипарисовники…

На участке в 25 соток собрана коллекция вечнозелёных деревьев и кустарников с нескольких континентов — около сотни видов, декоративных форм. Только одних можжевельников растёт в необычном дендросаду свыше 30 видов и форм. Среди такой красоты впору водить экскурсии туристов.
Саму коллекцию увлечённый волгоградец с любовью собирал свыше 10 лет. Часть «питомцев» вырастил из побегов или шишек, часть закупал в дендрариях, ботанических садах, на «зелёных» рынках. Знакомые лесовода, хорошо зная о пристрастии именно к хвойным породам, в шутку назвали затею Крячкова «Брутальный сад». Мол, именно так лесовод воплощает мужской взгляд на мир.

— Почему именно хвойные деревья? — переспрашивает Николай. — На мой взгляд, нет на свете ничего красивее, грациознее таких растений! А какой здесь воздух летом в сухую погоду, после дождей. Не надышаться! Словно в горах где-нибудь или на утёсах Средиземноморья. Не зря воздух в рощах можжевельников, сосен, кипарисовников во все времена считался целебным. В Северной Америке индейцы помещали на несколько дней больного туберкулёзом в можжевельниковые заросли. Выздоровление происходило почти сразу.

Среди декоративных деревьев, кустов выигрышно, с фантазией организатор необычного сада разместил дополнительные «оформительские элементы» — пешеходные дорожки из дубовых спилов, декоративные ворота, старинную телегу, «обросшую» со всех сторон хвойниками, альпийские горки. Есть даже шуточные, выточенные из древесной доски указатели посёлков, городов России и зарубежья, где живут друзья лесовода.

Вечнозелёные не вечные?

— Кстати, сам термин «вечнозелёные растения» не вполне верен, — считает специалист. — Посмотрите, вот одна из декоративных горных сосен — осенью и зимой её иголки желтеют, а поздней весной, летом покрываются иглами нежно-зелёного оттенка. И так любое хвойное дерево хоть немного, если присмотреться, но меняет цвет, количество иголок в разные времена года.

Сосен в коллекции Крячкова более десятка видов! Есть сосна Жеффрея, густоцветная, кедровая. Чуть меньше елей. Весьма эффектна ель сербская — у дерева даже цвет игл молодых и старых совершенно разный — серебристо-голубой и тёмно-зелёный. Есть рослые заокеанские «гости» с красивым названием «тсуга» и «псевдотсуга» — обе родом из канадских лесов. Не забыты и туи — восточные и западные. В своё время эти статные хвойники активно высаживали в городских парковых зонах и вблизи школ, больниц, даже во дворах.

— Именно многие можжевельники и сосны, независимо от географии происхождения деревьев, больше всего подходят к засушливому волгоградскому климату, — утверждает Крячков. — Они неприхотливы, любят наше щедрое солнце, сухой воздух, прекрасно приживаются на бедных песчаных почвах. Вот ели, тисы, кедры, пихты, кипарисовники — те любят тень и наш климат сложно переносят. Но у меня неплохо прижились.

Многие питомцы регулярно дают новые всходы, побеги. Затем они доращиваются садоводом в специально выделенном уголке под названием «ясли». Часть такой хвойной «молодёжи» охотно берут на выращивание окрестные дачники, друзья, знакомые Николая.

— Обидно слышать иные рассуждения о том, что якобы в нашем Волгограде в парках, скверах, на улицах, ничего не может расти «красивее» мелколиственных вязов и тополей, — это совсем неправда, — убеждён Крячков. — Могу порекомендовать с ходу десятка три форм прекрасных хвойников. Будут расти и в наших городских условиях «на ура».

■ Начинать культивировать хвойники на даче лучше с самых неприхотливых деревьев — сосен и можжевельников. Если у вас на участке лёгкие песчаные почвы, то специальной подготовки почвы, кроме элементарного рыхления под саженцы, не нужно. Ельники, кедры больше любят затенённые участки и структурированные почвы — хотя бы с минимальным слоем перегноя.

■ Можжевельник потенциально опасен для фруктового сада, а именно для яблонь, груш, айвы. Переносит «ржавчину» — опасное для семечковых культур грибковое заболевание. Можжевельник и такие деревья не рекомендуется культивировать по соседству.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector